Маневр в оборонительной операции

кандидат военных наук, генерал-майор Е.К. Колесников,

полковник Ю.В. Калинин

БОЕВЫЕ действия в локальных войнах и вооруженных конфликтах последнего десятилетия показывают, что в оборонительных операциях по-прежнему решающую роль будет играть маневр — как группировками войск, так и огнем, причем доля дальнего огневого поражения противника в операции по сравнению с непосредственным столкновением наземных группировок войск выросла несоизмеримо и эта тенденция сохраняется.

Как свидетельствует опыт боевых действий в зоне Персидского залива, а также агрессия НАТО в Югославии, высокоразвитые страны в борьбе с заведомо уступающим им противником стремятся достичь оперативных и даже стратегических целей войны именно огнем. При этом доля военно-воздушных сил в решении задач огневого поражения достигает 80%. Первейшей задачей ударной авиации становится поражение элементов систем противовоздушной (ПВО) и противоракетной (ПРО) обороны противника и завоевание господства в воздухе.

В таких условиях перед обороняющейся стороной встает двуединая задача. С одной стороны, нужно поразить как можно больше средств воздушного нападения противника, а с другой — сохранить боеспособность и эффективность своей системы ПВО. В решении этой задачи важная роль принадлежит маневру.

Следует ожидать, что первый удар агрессор нанесет ракетами воздушного, наземного и морского базирования по радиолокационным станциям ПВО и ПРО, объектам системы управления, а также стационарным узлам связи, аэродромам и объектам энергетики. Его главная цель — «ослепить» систему ПВО противника и нарушить управление на государственном, стратегическом и оперативно-стратегическом уровнях.

При внезапном нападении данная цель вполне достижима, если обороняющиеся не будут осуществлять в полном объеме мероприятия оперативной маскировки, в том числе совершать маневр подразделениями радиотехнических войск, зенитными ракетными комплексами и другими подвижными средствами, т.е. наиболее вероятными объектами первого удара. Стремление обороняющихся войск создать сплошное радиолокационное поле, чтобы своевременно обнаружить первый удар, держа для этого в рабочем режиме большую часть радиолокационных станций (постов), может сослужить роковую службу, так как противнику не составит труда разведать их местоположение и вывести из строя, используя самонаводящиеся боеприпасы.

Поэтому наиболее эффективным средством ведения воздушной разведки накануне войны может стать авиационная система дальнего радиолокационного наблюдения. Ее применение в сочетании с космической и наземной радиолокационной разведкой, осуществляемой отдельными станциями (постами) на угрожаемых (или не просматриваемых другими средствами) направлениях, позволит сохранить устойчивость всей системы ПВО.

Все остальные подвижные элементы систем ПВО и ПРО должны постоянно маневрировать. По нашему мнению, целесообразно разрабатывать специальный план маневра этих сил и средств, чтобы исключить вариант, когда все или большая их часть будет одновременно находиться в движении и не сможет участвовать в отражении воздушного нападения противника. То же самое относится и к подвижным радиоизлучающим объектам системы управления, местоположение которых легко определяется разведкой противника и по которым возможно нанесение ударов высокоточными боеприпасами. Их своевременный маневр в сочетании с периодами полного радиомолчания, а также проведением мероприятий оперативной маскировки способен сохранить живучесть всей системы управления даже в случае внезапной агрессии противника.

Сложнее при внезапном нападении сохранить живучесть авиации, базирующейся на стационарных аэродромах, чье расположение легко определяется. И здесь наиболее эффективным средством является именно маневр, заключающийся в рассредоточении, перемещении самолетов с одних аэродромов на другие, использовании запасных (вспомогательных) аэродромов и др. Однако сохранение живучести авиации, систем ПВО (ПРО) и управления — лишь одна сторона единой задачи. Вторая заключается в поражении противника, главным образом его средств воздушного нападения. Для этого необходимо вновь осуществлять маневр войсками и огнем.

По опыту, первыми в боевые действия против средств воздушного нападения противника вступают системы войсковой ПРО (для поражения крылатых и оперативно-тактических ракет) и ПВО. Мощь имеющихся в России зенитных ракетных комплексов может быть реализована с высокой эффективностью лишь в том случае, если они на базе новых компьютерных технологий будут связаны в единую систему и смогут своевременно осуществлять маневр.

Системы противоракетной и противовоздушной обороны должны обеспечивать поражение ракет и самолетов противника не только на дальних подступах и в глубине обороны (т.е. эшелонироваться в глубину), но и позволять массировать огонь рассредоточенных по фронту зенитных ракетных комплексов на одном угрожаемом направлении (т.е. осуществлять маневр траекторией по фронту).

Поскольку авиация высокоразвитых государств стремится наносить удары по наземным объектам, не подвергаясь угрозе поражения средствами ПВО, можно с достаточной вероятностью утверждать, что прежде, чем воздействовать на обороняющиеся войска (силы), противник попытается осуществить прорыв систем ПРО и ПВО. В этой связи важно своевременно восстанавливать указанные системы на тех направлениях, где прорыв состоялся, и делать это именно путем маневра средствами ПВО из глубины или по фронту, а также за счет переноса (маневра) огня.

Как известно, на маневр подразделениями (частями) ПВО для восстановления нарушенной системы затрачивается довольно много времени. Оно требуется для принятия командующими (командирами) решения и постановки задач, а также для перемещения и развертывания подразделений в новых районах. В целом этот период может исчисляться несколькими часами, а восстановление всей системы ПВО должно заканчиваться к повторному авиационному удару противника.

Однако следует учитывать, что с каждым последующим ударом возможности по восстановлению системы ПВО снижаются, т.е. за несколько последовательных массированных авиационных ударов противник способен достичь поставленной цели — завоевать господство в воздухе. Поэтому более эффективным представляется вариант, когда восстановление системы ПВО на участке прорыва будет осуществлено в течение времени, требующегося авиации противника на нанесение удара в глубине обороны и возвращение на свои аэродромы. Именно в тот момент, когда ударные самолеты противника будут возвращаться через бреши в нашей системе ПВО, они должны стать объектами поражения.

Конечно, маловероятно, чтобы за несколько десятков минут можно было переместить средства ПВО, к примеру, на несколько десятков километров. Потому-то маневр огнем с флангов во взаимодействии с огнем уцелевших и находившихся в засаде средств ПВО может способствовать нанесению авиации противника неприемлемого ущерба и срыву ее последующих массированных действий.

Несомненно, одним лишь маневром задачу по отражению воздушного нападения противника не решить. Нужен комплекс мероприятий, который определяется руководящими документами и диктуется теорией и практикой оперативного искусства. Тем не менее есть все основания утверждать, что маневр войсками, силами и средствами ПВО имеет решающее значение в сохранении живучести всей системы и уничтожении основных средств воздушного нападения противника.

Не меньшую роль играет маневр и при отражении наступления сухопутных группировок. Осуществленный войсками, силами авиации, ударами ракетных войск и огнем артиллерии, он способствует достижению устойчивости и активности обороны. Маневр огнем и ударами может применяться для поражения наиболее важных целей, группировок войск противника, а также для прикрытия промежутков и брешей в оборонительных рубежах.

Понятно, что быть одинаково сильным на всех направлениях невозможно. Сосредоточивать на ограниченном пространстве все или большинство средств поражения, даже если эти направления наиболее угрожаемы, нецелесообразно из-за опасности их уничтожения огнем противника. Рассредоточение же, повышая живучесть, ограничивает возможности массированна сил и средств. Маневр ударами и огнем позволяет решить задачу сосредоточения усилий без перемещения войск, подразделений и средств поражения. Однако, чтобы остановить наступление противника, только переноса огня на опасное направление недостаточно. Для этого, как известно, требуется прочно удерживать занимаемые оборонительные рубежи, а также наносить контрудары и контратаки.

Устойчивость обороны на направлениях главного удара противника зависит от усиления войск, занимающих те или иные рубежи (позиции), в том числе за счет маневра подразделениями, частями и соединениями (а иногда и объединениями). В данном случае важно осуществить маневр своевременно и проводить с этой целью перемещение войск различными способами, одновременно или поочередно, с использованием всех видов транспорта, воздушного и наземного. Успешному осуществлению маневра войсками способствует эшелонированное их размещение. Учитывая, что скорее всего противник развернет наступление по направлениям с наиболее развитой дорожной сетью, можно с достаточной вероятностью определить направление его главного удара и заблаговременно сосредоточить там войска.

В условиях, когда противник будет стремиться в короткие сроки прорвать (преодолеть) главную полосу обороны и выйти на оперативный простор, маневр обороняющихся должен осуществляться в темпах, превышающих темпы наступления противника. Во всех случаях в ходе маневра следует надежно прикрывать войска от ударов воздушного противника и заранее подготавливать пути и маршруты выдвижения.

Что касается контратак и контрударов, то это наиболее активная форма действий войск в обороне, заключающаяся в выдвижении резервов и вторых эшелонов на угрожаемое направление и нанесении поражения вклинившейся или прорвавшейся группировке противника. По сути контрударные группировки решают поставленные задачи, осуществляя маневр частями, соединениями и огнем и создавая тем самым решительное превосходство в силах и средствах над противником.

В заключение необходимо отметить, что маневр не самоцель. Он должен совершаться для решения строго определенных задач, в частности упреждения противника в выходе на важные рубежи или в районы, обеспечения неожиданности в действиях, внезапности, а также вывода войск, сил и средств из-под удара.