© РЯДОВОЙ-К

 

Начальник штаба ракетных войск и артиллерии Сухопутных войск,

генерал-лейтенант М.П. Козлов

Проблемы управления огневым поражением в операции

 

Современный этап развития военного искусства характеризуется существенным уточнением роли и места огневого поражения противника (ОПП) в достижении целей операции. Это обусловлено, во-первых, пере­оценкой военными специалистами взглядов на применение в оператив­ном и тактическом звене ядерного оружия, которое на протяжении пос­ледних десятилетии считалось основным средством поражения в операци­ях Сухопутных войск, а во-вторых, созданием нового поколения обычного оружия — высокоточного, которое придает военному противоборству решительный характер, компенсируя тем самым отсутствие ядерного оружия.

Поэтому вполне очевидно, что в современных боевых действиях тех­нически оснащенных армий чисто арифметическое превосходство одной из сторон, даже весьма значительное, уже не создает решающих предпо­сылок для разгрома противостоящего противника, если тот обладает боевым потенциалом, обеспечивающим завоевание и удержание огневого превосходства. В свою очередь, боевой потенциал определяется количест­венно-качественным состоянием сил и средств, прежде всего дальнего огневого поражения, к которым относятся ракетные войска, артиллерия и авиация. При этом качественная сторона преобладает над количествен­ной в силу того, что задачи ОПП могут быть выполнены с большей эффективностью меньшим числом средств поражения, чем это было ранее. Таким образом, вышеуказанные условия, а также устойчивая тен­денция к ведению вооруженной борьбы с меньшими людскими потерями, принятая в цивилизованных странах, предопределяют возрастание роли ОПП, превращают его в решающий фактор, от которого зависит исход операции.

Данный вывод о роли и месте огневого поражения в операции — объективная реальность, обусловленная появлением новых средств и способов вооруженной борьбы. Она вызывает насущную необходимость системной проработки всех аспектов его организации и осуществления.

Исследования показывают, а опыт войн и военных конфликтов пос­ледних лет подтверждает, что с внедрением в войска интегрированных в единую систему комплексов высокоточного оружия, быстродействующих средств разведки, радиоэлектронной борьбы и автоматизированного уп­равления (так называемого оружия «высоких технологий») общевойско­вые группировки уже не могут успешно выполнять боевые задачи, если не созданы благоприятные условия для их действий: необходимое соотноше­ние сил и средств сторон, надежное поражение огневых средств против­ника, нарушение управления войсками и оружием, дезорганизация и подавление систем разведки, РЭП, ПВО, подрыв морально-психологичес­кого состояния его войск и т.д.

В создании этих условий важную роль играет система огневого пора­жения, которую можно представить как совокупность четырех взаимосвя­занных подсистем: собственно огневых средств, разведки, автоматизиро­ванного управления, боевого и технического обеспечения. При этом повышение эффективности ОПП может быть достигнуто лишь на основе комплексного и сбалансированного разрешения проблем развития и со­вершенствования каждой из перечисленных подсистем.

Очевидно, что ключевой, объединяющей в единое целое все осталь­ные, является подсистема автоматизированного управления, посредством которой органы управления приводят в действие всю систему огневого поражения, нацеливая ее на выполнение стоящих перед нею в операции задач. К этому необходимо добавить, что в условиях, когда наблюдается устойчивая тенденция к расширению средств вооруженной борьбы, зна­чительно усложняется их совместное использование и существенно повы­шается значимость согласованного применения разнородных сил при разгроме противостоящих группировок противника. В свою очередь, воз­растание динамизма боевых действий усугубляет дефицит времени, созда­ет еще более сложную ситуацию в области управления и определяющей ее части — планировании, направленном на согласованное использование различных сил в операции и реализацию боевого потенциала применяе­мого оружия.

Можно сказать, что именно задачи управления огневым поражением обусловливают целесообразность его структурного деления и периодиза­цию. Наиболее рационально в связи с этим подразделять ОПП на общее и непосредственное по аналогии с принятым в настоящее время его разделением на огневое поражение в интересах всей операции и по направлениям действий войск. Такая структура предопределяет решение двух групп задач.

Первая группа включает поражение систем ядерного и высокоточного оружия, полевой артиллерии, управления, разведки, которые в первую очередь характеризуют боевой потенциал и огневую мощь, а также РЭБ, ПВО (ПРО), вторых эшелонов и резервов противника. Отсюда следует, что от своевременности и эффективности решения этих задач будет зависеть успех всей операции. Поэтому ответственность за их организа­цию и выполнение должна возлагаться на оперативные звенья управле­ния, а сам процесс их решения может рассматриваться в структуре ОПП как общее огневое поражение.

Вторая группа задач сводится к огневой поддержке обороняющихся или наступающих подразделений и частей первого эшелона и связана в основном с поражением живой силы и огневых средств передовых под­разделений и частей противника. Их выполнение строго согласовывается с действиями поддерживаемых тактических формирований. Поэтому от­ветственность за организацию и решение этих задач должны нести такти­ческие звенья управления. Сам же процесс их выполнения может быть назван непосредственным огневым поражением.

Весьма актуальна и проблема создания группировок РВиА. История боевого применения этого рода войск свидетельствует о том, что в периоды, когда артиллерии было вполне достаточно, в общевойсковых формированиях создавались артиллерийские группы (армейские, дивизионные, полковые) для решения, как правило, многоплановых задач. Такая ситуация была характерна для операций второго и третьего периодов Великой Отечественной войны, в послевоенный период она также позволяла достаточно эффективно осущест­влять ОПП и управление им. В условиях же, когда артиллерии явно не хватало (до Великой Отечественной войны и в ее начальный период), создавались группы целевого назначения, например непосредственной поддержки, дальне­го действия, которые осуществляли избирательное поражение объектов про­тивостоящей группировки противника.

Нынешнее количественное состояние РВиА напоминает предвоенное, поэтому выделение общего и непосредственного ОПП является объектив­ным требованием, отвечающим уровню развития ракетных войск и артил­лерии. При этом предполагается реализовать принцип зональной ответст­венности за разведку и поражение противника, что, безусловно, вызывает необходимость решения проблем организации и управления ОПП: уточ­нения функций и состава органов, планирующих огневое поражение, рационального разделения функций управления между оперативным и тактическим звеном, определения необходимой степени централизации и Детализации планирования и т.д. Мы ожидаем, что это позволит сущест­венно сократить объем, а следовательно, и продолжительность планиро­вания.

В настоящие время центр тяжести планирования ОПП находится в оперативном звене. Причем степень его детализации больше соответствует задачам управления ударами и огнем (управления оружием), хотя оно до сих пор осуществляется в рамках управления войсками. Это обстоя­тельство в свое время привело к необходимости создания нештатных групп планирования огневого поражения, на которые по сути дела возла­гались и задачи непосредственного управления. Однако эта мера не решила проблемы, так как объем работ по планированию и управлению, основанный на принципах управления оружием, несовместим с порядком и сроками принятия общевойсковым командующим (командиром) реше­ния и его претворением в жизнь.

Отсюда и необходимость перехода при планировании и осуществле­нии ОПП на принципы управления войсками и введения зональной ответственности. Это потребует перераспределения планирующих и уп­равляющих функций между органами управления и изменения их состава. Группы планирования ОПП, работая на единой с общевойсковыми ко­мандующими (командирами) информационной базе, будут решать в ос­новном распределительные задачи, т.е. заниматься выделением огневых средств и ресурсов боеприпасов, а также согласованием усилий войск. В ходе боевых действий они будут готовить предложения по переподчине­нию имеющихся сил или назначению их на поддержку, способ же выпол­нения поставленных задач должны выбирать командиры подчиненных соединений и частей. В связи с этим группы планирования огневого поражения превратятся прежде всего в координирующий орган. Поэтому их целесообразно называть группами планирования и координации огне­вого поражения (ГПКОП). Такие группы, безусловно, должны быть штат­ными и включать специально подготовленных офицеров: операторов, специалистов по разведке, боевому применению РВиА, РЭБ, авиации и ПВО, офицеров войск связи, инженерных войск, войск РХБ защиты и специалистов по вооружению и тылу. В мирное время эти офицеры могут быть прикомандированы к соответствующим штабам, управлениям (отде­лам, отделениям), службам объединения (соединения) и работать в их составе. При переводе штабов в более высокие степени боевой готовнос­ти, а также при проведении штабных тренировок, военных игр, учений и занятий по оперативной подготовке весь личный состав должен возвра­щаться в состав ГПКОП.

Выделение в структуре ОПП общего и непосредственного огневого поражения требует соответствующего разделения функций между звеньями управления. Во фронте и армии (корпусе) планированием и организацией общего огневого поражения должны, на наш взгляд, заниматься ГПКОП, штабы ракетных войск и артиллерии, других видов Вооруженных Сил и родов войск. Кроме того, эти вопросы, в части их касающейся, должны решать ГПКОП и штабы артиллерии дивизий, а также штабы привлекае­мых ракетных и артиллерийских формирований. Планирование и органи­зацию непосредственного огневого поражения противника целесообразно возложить на ГПКОП, штабы артиллерии дивизий и органы управления артиллерией полков (бригад), артиллерийских частей и подразделений.

При таком разделении функций между звеньями управления штаб РВиА объединения (соединения) планирует и организует боевые действия ракетных и артиллерийских соединений и частей непосредственного под­чинения, разрабатывает и отдает подчиненным штабам РВиА боевые распоряжения, в которых помимо общепринятых сведений указывает замысел командующего (командира) по ОПП и задачи огневого пораже­ния. При этом степень детализации огневых задач подчиненным войскам может быть различной в зависимости от боевой обстановки. Однако во всех случаях вышестоящий штаб РВиА обязан сообщить в нижестоящие инстанции необходимые для планирования исходные данные: группы объектов, поражаемые силами (средствами) общего ОПП, в том числе средствами старшего начальника; средства усиления и отпускаемое коли­чество боеприпасов; порядок огневого поражения; зоны ответственности и сигналы управления.

В этих условиях закономерно встает вопрос о необходимой степени централизации планирования и о том, что под этим следует понимать.

Прежде всего, как нам представляется, нельзя смешивать понятия «цент­рализация» и «детализация» планирования. Они хотя и взаимосвязаны, но не подменяют, а, наоборот, дополняют друг друга. Степень централизации планирования ОПП зависит от решаемой войсками оперативной задачи, привлекаемых сил и средств, принятых методов планирования и способов огневого поражения, состава должностных лиц, участвующих в разработке плана операции и боевых документов.

При централизованном планировании прежде всего должны быть определены основные параметры огневого поражения, регламентирую­щие его организацию, осуществление и работу подчиненных штабов при подготовке и в ходе операции. Такими параметрами являются цели и задачи ОПП, объем огневых задач в соответствии с требуемой степенью поражения группировок войск противника, привлекаемые средства пора­жения, расход боеприпасов, построение огневого поражения, а также некоторые другие данные. Соблюдение принципа централизации огнево­го поражения противника позволяет старшему начальнику эффективно и в то же время экономно применять средства поражения, решительно влиять на ход операции, а также согласовывать действия всех участвую­щих в ней сил и средств с ударами ракет и огнем артиллерии.

Все это требует уточнения степени детализации, с которой вышестоя­щий штаб должен определять огневые задачи для подчиненных и прово­дить расчеты по огневому поражению, т.е. предварительно необходимо решить, до каких звеньев управления и в каком виде будут доводиться задачи. В связи с этим хотелось бы привести написанные почти 90 лет назад слова известного военного историка А. Свечина: "В многочисленной иерархии военных начальников реальное распоряжение войсками должно принадлежать наиболее осведомленной в данный момент инстанции... Указание деталей в бою едва ли принесет пользу, так как младшим начальникам обстановка употребления оружия виднее... Граница между управлением свыше и инициативой, исходящей снизу, зависит от преде­лов осведомленности в обстановке на данном участке поля сражения различных инстанций... Вмешательство допустимо лишь для общей регу­лировки отдельных боевых действий".

Очевидно, что степень детализации управляющей информации во многом будет определяться методом планирования ОПП. Принятый в настоящее время метод объектового планирования и соответствующая ему методика оперативно-тактических расчетов вынуждает штаб РВиА, на­пример, армии зачастую проводить планирование с детализацией, харак­терной для дивизионного звена управления (до отдельной огневой зада­чи), т.е. управлять не войсками, а оружием. Это в свою очередь ведет к низкой достоверности разрабатываемого плана огневого поражения.

При методах же, основанных на зональной или зонально-объектовой ответственности, как мы ожидаем, создаются благоприятные условия для планирования общего и непосредственного огневого поражения в соот­ветствующих инстанциях за счет более рационального распределения объема работ между ними и предоставления подчиненным инстанциям большей самостоятельности в решении поставленных задач, а также повышения оперативности управления и, следовательно, его эффектив­ности. Зональный или зонально-объектовый метод планирования позво­ляет не только разделить функции между оперативной и тактической инстанциями, но и осуществить так называемое «встречное планирова­ние» ОПП.

Несколько слов о функциях органов управления, участвующих в управ­лении огневым поражением. Общее планирование, по нашему мнению, должно осуществляться штабом объединения. В этом случае на ГПКОП будет возлагаться: определение общего объема огневых задач за операцию и при выполнении войсками первоочередной оперативной задачи, его распределение между ракетными войсками, артиллерией и авиацией; назначение подчиненным объединениям (соединениям, частям) и средст­вам поражения непосредственного подчинения зон ответственности за разведку и поражение; определение перечня типовых объектов, ответст­венность за поражение которых в указанных зонах несут эти инстанции;

расчет потребности в боеприпасах и средствах поражения; выработка предложений по привлекаемым силам и средствам и оценка их огневых возможностей; разработка планов и графиков огневого поражения, в том числе подготовки и нанесения массированных огневых ударов или учас­тия в них; согласование полос и времени пролета авиации; учет и распре­деление ракет и артиллерийских боеприпасов; доведение до исполнителей (непосредственно или через штабы соответствующих видов Вооруженных Сил и родов войск) задач; прогнозирование и оценка результатов огневого поражения войск и объектов противника.

В ходе выработки замысла операции и принятия командующим реше­ния ГПКОП, кроме того, будет принимать участие в определении группи­ровок войск противника, требуемой степени и последовательности их огневого поражения по задачам, полосам действий войск, за операцию в целом и при выполнении оперативных задач, в которых ОПП планируется и организуется в масштабе объединения. Подготовленные предложения, планы и 1рафики огневого поражения должны рассматриваться (уточнять­ся) и утверждаться командующим объединением.

В штабе РВиА объединения при таком подходе осуществляется непо­средственное планирование в соответствии с решением командующего и результатами работы группы планирования и координации огневого по­ражения. Оно заключается в дальнейшей конкретизации порядка ОПП ракетными войсками и артиллерией с учетом их возможностей, условий и особенностей боевого применения. При этом штаб РВиА получает от ГПКОП следующие данные: объем задач ракетных войск и артиллерии и их долевое распределение по оперативным задачам, направлениям и полосам объединений (соединений, частей); построение огневого пораже­ния (количество пусков ракет и огневых налетов артиллерии, их начало и продолжительность, время действия авиации); отпускаемый расход ракет и артиллерийских боеприпасов и его распределение по задачам операции и объединениям (соединениям, частям); сигналы управления.

Объем огневых задач ракетным войскам и артиллерии в этом случае доводится до штаба РВиА, как правило, в виде конкретных объектов поражения (целей) и с указанием требуемой степени их поражения. Если же группировка войск противника разведана недостаточно, то часть огне­вых задач может быть поставлена в виде количества подлежащих пораже­нию типовых объектов, а необходимые разведывательные данные будут доводиться до исполнителей по мере их добывания. Кроме того, штабу РВиА указываются районы боевых действий авиации и полосы ее пролета.

Подводя итоги, заметим, что рассмотренными проблемами не исчер­пывается круг вопросов, касающихся управления огневым поражением противника в операции. В процессе его дальнейшего совершенствования потребуется решить еще целый ряд важнейших задач, основными из которых являются: создание единой автоматизированной базы данных обстановки, включающей формализованную информацию о противнике и своих войсках; разработка единых методик планирования ОПП в опе­рации и оценки степени опасности группировок войск и объектов про­тивника в динамике боевых действий; разработка алгоритма функциони­рования системы управления РВиА при решении задач ОПП с последую­щей его проверкой на математических моделях боевых действий войск в операции- Все это, безусловно, обеспечит высокую надежность и эффек­тивность системы управления огневым поражением противника.

---------------------

[1] Свечин А. Предрассудки и боевая действительность. — СПб., 1907. — С. 61-63.